Он занимался проблемами эволюции животного царства и требовал изучать явления природы, удалив «от нас все пред­ рассудки» и «обратившись к светильнику опытности». Он впервые выставил идею единства психической и физической жизни человека. Герцен и Белинский отвергли метафизическое понимание явлений природы. Так, на основе естествознания Герцен дает диалектическое объяснение развития материальных сил при­ роды: «Если вы на одно мгновение остановили природу как нечто мертвое, вы не только не дойдете до возможности мышления, но не дойдете до возможности наливчатых животных, до возможности наростов и мхов; смотрите на нее, как она есть, а она есть в движении; дайте ей простор, смотрите на ее биографию, на историю ее развития, - тогда только раскроется она в связи. История мышления - про­должение истории природы: ни человечества, ни природы нельзя понять мимо исторического развития».

Белинский высказал также ряд ярких мыслей о диалектическом развитии природы. Он утверждал, что природа «явилась не вдруг готовая», а прошла соответствующие сту пени развития, что все «развивается диалектически», что «каждая былинка проходит через несколько фазисов разви тия, - и стебель, лист, цвет, зерно суть не что иное, как не­ преложно-последовательные моменты в жизни растения. Не ловек проходит через физические моменты младенчества, отрочества, юношества, возмужалости и старости, которым соответствуют нравственные моменты, выражающиеся в глу бине, объеме и характере его сознания. Тот же закон существует и для обществ» .

Герцен создал стройную философскую концепцию единства синтеза и анализа, которую он изложил в своих знаменитых «Письмах об изучении природы». В этих письмах он развенчал идеализм и метафизику и провозгласил верховенство опытного естествознания, однако он восставал и против голого эмпиризма. «Естествоиспытатели и медики,- писал он в "Письмах об изучении природы", -ссылаются всегда на то, что им еще не до теории, что у них еще не все факты собраны, не все опыты сделаны и т. п.....

Может быть, собранные материалы в самом деле недостаточны... но это не мешает поставить надлежащим образом вопрос, развить действительные требования, истинные понятия об отношениях мышления к бытию». Больше того, для Герцена мышление - тоже материальный процесс: «Мышление, - писал он,- так же естественно, как протяжение, так же степень развития, как механизм, химизм, органика - только высшая». В. И. Ленин высоко ставил заслуги Герцена перед тео­ретическим естествознанием и философией. Вот что писал он: «Первое из "Писем об изучении при­ роды", - "Эмпирия и идеализм", - написанное в 1844 году, показывает нам мыслителя, который, даже теперь, головой выше бездны современных естествоиспытателей-эмпириков и тьмы тем нынешних философов, идеалистов и полуидеалистов». Вот какую философскую основу для медицинской науки к 30-40-м годам XIX века подготовили наши великие мыслители и революционеры. Это сильно сказалось на ее успехах, ее прогрессе. Отдельных ученых, как Д. В. Велланский, охватило увлечение умозрительной натурфилософией. Замечательный физиологи лектор того времени Велланский выпустил два труда: «Пролюзия к медицине как основательной науке» и «Биологические исследования природы», в которых подверг резкой критике опытный метод в биологии. Но в 1812 году он получает резкий отпор от неизвестного критика, напечатавшего свой отзыв о труде Велланского «Биологические исследования природы», в «Санкт-Петербургском вестнике».

Критик указал, что книга написана по умозрительной шеллинговой философии, которая является врагом опытной философии; он назвал книгу «бредом» и «высокой философией». «Пустые умозрения, - заключает он, - водя ум человеческий от заблуждения к заблуждению, не привели его ни к одной истине до самых времен великого преобразователя философии Бэкона». Реакция, поднявшая голову после проведения политики Священного Союза, отразилась на высшей школе.