Дмитрий Леонидович Романовский (1861-1921) долгое время занимал скромное место ассистента в клинике внутренних болезней Петербургского института усовершенствования врачей. С 1908 года от стал профессором этого института. Наряду с внутренними болезнями, Романовский очень интересовался из учением бактерий и кровепаразитов не ловека. Его излюбленным занятием был подбор красок для разноцветной окраски кровяных клеток и паразитов - возбудителей малярии. В свободное от преподавания и при­ема больных в Петербургском военном Николаевском госпитале время он садил ся за лабораторный стол, на котором стояли многочислен ные склянки с красками, и занимался изучением крови. Как известно, в в клетке есть ядра, есть протоплазма, а во многих клетках крови есть различные виды зернистостей. С определением того или иного вида зернистости при изучении крови и ее болезней часто связано решение важнейших вопросов. Романов ский выяснил, что по-разному окрашиваются не только клетки крови, но также их составные части. Это было в 1891 году. В то время врачи обычно не красили кровяных мазков - их изучали в естественном виде. В таком мазке все было бледно, бесцветно, разобраться в нем почти не представлялось возможным. Вспомним, что всего за десять лет до открытия Романов ского Лаверан, подробно описавший подвижных возбудителей малярии, изучал кровь больных без всякой окраски.

Он напрягал зрение, пытаясь увидеть бесцветных малярийных пара­зитов в бесцветных эритроцитах. Задача нелегкая. А теперь, когда кровь больного малярией Романовский окрасил по своему методу, все оказалось просто. Эритроциты окрасились в розовый цвет, а проникшие в них малярийные паразиты - в небесно-голубой. Ядрышки паразитов блестели, как рубины, а продукты их жизнедеятельности - кровяной пигмент - были окрашены в темнокоричневый цвет. Теперь любой школьник сказал бы, что это паразиты. Благодаря остроумному сочетанию основной краски - синьки и кислой - эозина, Романовский выяснил, что состав ные части клеток крови не одинаковы в химическом отношении.

Ядро имеет кислую реакцию, поэтому оно воспринимает основную краску, а протоплазма большинства белых кровяных клеток, так называемых нейтрофилов, напротив, имеет щелочную реакцию и поэтому красится кислыми красками. Зернистость этих же нейтрофилов красится нейтральной смесью основной и кислой красок. Вот почему она окрашивается в коричневато-фиолетовые тона, т.е. приобретает ту окраску, которая получилась бы от смешения синьки и эозина, имеющего розовый цвет. Живописное зрелище открывается глазу при рассматривании в микроскоп препарата крови, окрашенного по способу Романовского: видны чудесные переливы красок - от небес но-голубого до рубиново-красного. Ядра, протоплазма, зернистость-все так четко отграничено. Вот нейтрофилы с ядрами причудливой формы, напоминающими иногда корабельный винт, иногда закрученный жгут или короткую подкову, или боб. Они рождаются в костном мозгу. Вот массивные, с круглым ядром, лимфоциты, большинство которых образуется в лимфатических узлах. А вот другие белые кровяные клетки - эозинофилы; их зернистость окрашивается эозином и похожа по внешнему виду на красную икру. Обычно таких клеток мало - они сосоставляют всего от 1 до 4% белых клеток. В некоторых случаях, когда процент эозинофилов в крови больного превышает норму, это может быть предвестником начинающегося выздоровления. Иногда же обилие эозинофилов в крови ука зывает на присутствие глистов в организме или на другие заболевания. Это открытие вошло в мировую науку как знаменитый «принцип окраски Романовского».