Эту задачу уже пытались разрешить врачи многих стран. Но для этого они предлагали вскры вать кости хирурги ческим путем. Так по­ ступали некоторые зарубежные ученые, которые вскрывали большебepцовую кость на ноге. Так поступил в 1922 году Крюков, предложив ший вскрывать ребра. Однако для широкого практического применения такие операции были непригодны. Аринкин решил, что легче всего по­ дойти к костному мозгу грудинной кости.

Метод Аринкина получил полное признание во всем мире. Его работы были удостоены Сталинской премии. Сколько новых открытий удалось совершить гематологам СССР, Европы и Америки, благодаря исследованию костного мозга по мето­ ду Аринкина. Можно было надеяться, что теперь проблема злокачественного малокровия, наконец, будет разрешена. Теперь станет точно известным, что происходит при этой болезни в костном мозгу. Гематологи стали изучать костный мозг при жизни больного, во всех стадиях развития злокачественного малокровия.

При простом, так называемом вторичном малокровии костный мозг заполняется нормобластами. Из нормобластов об разуются в огромном количестве ретикулоциты, а из них рождаются эритроциты. Мегалобласты - это тупик кроветворения. При исследовании костного мозга по методу Аринкина можно видеть, что развитие мегалобластов остановилось, что из них не образуются нормальные зрелые эритроциты.

Ретикулоциты в дальнейшем превращаются в зрелые, полноценные эритроциты. Итак, проблема злокачественного малокровия, окончательно понятая благодаря методу Аринкина, открывает горизонты и другой проблеме - проблеме рака. Однако мы еще не знаем причины рака, а потому и не можем их устранить. Совсем иначе обстоит теперь дело при течении злокачественного малокровия, развитие которого зависит от недостатка в организме печеночного фактора. Здесь врачи умеют быстро и эффективно воздействовать на болезнь. В течение 24-48 часов все мегалобласты в костном мозгу можно превратить в нормобласты. Еще в 1938 году автор этой книги совместно с Г. А. Алексеевым проделал такие опыты. Больным злокачественным малокровием вводили не одну ампулу печеночного экстракта, а сразу десять ампул. И результаты получались блестящие. Это была не эволюция, не постепенное возвращение кроветворения к норме. Скорее это можно было назвать переворотом кроветворения, преобразованием, трансформацией костного мозга; в течение 24-48 часов все мегалобласты в костном мозгу превращались в необходимые для организма нормобласты. Костный мозг, который берут для исследования вторично после впрыскивания большой дозы печеночного экстракта, оказывается совершенно обновленным. Это один из ярких примеров того, как ученые научились не только «объяснять мир, но и переделывать его». Много полезного принес науке метод Аринкина. Мы уже говорили, что у зародыша можно видеть, как из соединительной ткани рождаются кровяные клетки, как они развиваются из более простых материнских клеток с круг лым ядром. Все это было подтверждено при изучении костного мозга по методу Аринкина. Из клеток соединительной ткани, из клеток так называемого ретикуло-эндотелия, образующих стенки сосудов и структурную сетку рыхлой соединительной ткани, развиваются разнообразные виды клеток крови. Следовательно, болезни крови - это болезни соединительной ткани. Аринкин ярко показал это в своей последней книге «Ретикуло-эндотелиальная система при заболеваниях крови и кроветворных органов».

По составу крови часто можно судить о том, что происходит в организме. Понятно, почему для распознавания болезни врачи почти у каждого больного прежде всего берут каплю крови. Она отображает, как в зеркале, многое из того, что происходит в организме. Во многих случаях прокол костного мозга позволяет судить об этом еще лучше. Метод Аринкина облегчает и распознавание некоторых инфекционных заболеваний. Вот, например, детский лейшманиоз. Он в некоторых отношениях похож на малярию, но про­текает более длительно, сопровождаясь высокой температурой и сильным малокровием. При этой болезни резко увеличивается селезенка. Паразиты, вызывающие эту болезнь, не циркулируют в крови, они живут в костном мозгу и селезенке. Раньше для распознавания этой болезни делали прокол селезенки, но это возможно лишь тогда, когда селезенка ста новится очень большой. Приходилось ждать до двух-трех месяцев, поэтому точный диагноз болезни ставили поздно и поздно начинали ее лечить, а это уменьшало шансы на выздоровление.