Почему так не понравилось врачам это старое испытанное средство, исцелившее не один миллион маляриков? Первая, самая существенная причина - это нехватка хинина и его дороговизна. Хинное дерево - привередливое растение. Оно растет только в условиях тропического климата Южной Америки и Голландской Индии. Голландцы развели на островах Индонезии огромные плантации хинного дерева и продают хинин с колоссальными барышами - 1 000 килограммов хинина стоит десятки тысяч золотых рублей. Кроме того, добываемого хинина хватало на лечение лишь 20% всех больных малярией, и получали его в колониях только состоятельные люди. А обездоленное на селение колониальных стран Индии, Вест-Индии вымирало без всякого лечения.

Наконец, лечение малярии хинином не всегда приводит к выздоровлению: нередко наблюдается рецидив болезни, так как хинин не убивает половые формы паразитов.

В развитии синтетической химиотерапии малярии огромную роль сыграли русские ученые. Их выдающиеся теоретические работы осветили пути исканий многим зарубежным ученым. Александр Абрамович Воскресенский (1809-1880), по справедливости называемый дедушкой русской химии, и оплодотворил химическую науку многими открытиями. Он сделал первый шаг и в детальном изучении химической структуры хинина. Он выделил из него хинную кислоту, а знаменитый А. М. Бутлеров установил ведущее значение хинолина в химической структуре хинина. Бутлеров вместе со своим учеником А. Н. Вышнеградским путем химического синтеза полу­ чил производные хинолина (например, метилоксихинолин), а затем занялся изучением биологического действия получаемых препаратов в связи с изменением их физико-химических свойств. В частности, русские ученые установили известную связь между флюоресцирующей способностью хинолиновых соединений и их действием на паразитов.

Эта работа подала зарубежным химикам мысль-в синтезе новых противомалярийных препаратов исходить из лечебного действия основы хинной молекулы-хинолина. В 1926 году был приготовлен плазмохин, в основе структурного ядра которого лежит хинолин, полученный Бутлеровым из хинина. Советские химики О. Ю. Магидсон и др. приготовили близ­ кий к плазмохину препарат плазмоцид. Прошло несколько лет, и в результате упорных поисков И. Л. Кнунянцу, Г. В. Челинцеву и др. удалось синтезировать отличный противомалярийный препарат-акрихин. За последние годы в лечении малярии достигнут еще один крупный успех: видоизменив один сульфидиновый препарат введением в его группы так называемых гуанидиновых соединений, наши химики Е. С. Топчиев, В. Н. Уфимцев и др. полу­ чили отличный новый противомалярийный препарат «бигумаль», особенно хорошо излечивающий тропическую малярию. Получение всех этих препаратов обеспечено у нас в стране полностью. Из чего получают акрихин и плазмоцид? Они являются продуктами сухой перегонки каменного угля. Каменный уголь нагревается в особых ретортах без доступа воздуха.

При этом выделяется бензол. Цепочка из шести углеводородов, выстроенных в красивую фи гуру «шестерки треф»,- вот формула бензола. Подвергнув этот бензол сложной химической обработке и присоединив к по­следнему продукту обработки «хвост» из углеводородов, химики получили плазмоцид и акрихин. Но надо было локазать, что это полноценные противомалярийные лекарства. Надо было вырабо тать дозы... Остроумный и наблю дательный Вольтер когдато заметил: «Врачи вво дят лекарства, которые они мало знают, в организм, который они меньше того знают». Но это было применимо к врачам - его современникам, не владевшим научным методом. В наше время этот афоризм утерял свой смысл. Теперь врачи вводят лекарства, которые они отлично знают, в организм, который они также хорошо изучили. В работу по применению новых препаратов включилась лаборатория известного в нашей стране химиотерапевта про­фессора Ш. Д. Мошковского. Теперь уже не испытывают химиопрепараты в пробирках- это почти ничего не дает. Хинин в пробирке в разведении 1: б 000 не действует на малярийных паразитов, а в крови убивает их в разведении 1: 50 000. В этом и состоит особый механизм химиотерапии!

Для испытания противомалярийных препаратов используют в настоящее время певчих птиц. Здесь мы должны отдать должную дань крупнейшему научному открытию русского ученого В. Я. Данилевского, который в 1886 году первый в мире описал птичью малярию и обнаружил ее возбуди теля. Мошковский для испытания акрихина и плазмоцида использовал птичек - чижей и чечеток.

Он прививал малярию и они заболевали. Но если им вводили акрихин или плазмоцид, то возникновение болезни отдалялось на несколько дней. Мошковский выяснил переносимую дозу и дозу, минимально действующую. Первая давала представление о ядовитости лекарства, а вторая -об его ценности, ибо, как говорил еще Романовский, лекарство должно действовать больше всего на возбудителя и меньше всего причинять вред организму больного. Мошковский умело использует лабораторные показатели для оценки массовых явлений. Сотни наблюдений поставил он, прежде чем перенес данные, полученные на птицах, на людей. Но зато его дозировки были безупречны и безопасны.